суббота, 25 ноября
img

НОВОСТЬ

"Нужны будут время, силы, люди — не "те" и не "эти", а просто люди, готовые работать" - о чем говорит украинский Донбасс из оккупации

"Нужны будут время, силы, люди — не "те" и не "эти", а просто люди, готовые работать" - о чем говорит украинский Донбасс из оккупации

Украинский Донбасс говорит с нами из оккупации голосами патриотов, которые шифруются. "Русский" Донбасс раскладывать по голосам нет никакого смысла — достаточно послушать Оплот-ТВ, - пишет "Зеркало недели".

Она закрыла окно — к трескотне автоматов где-то рядом добавилось глухое бумканье. Стало тише, но бумканье все равно ощущалось — нарастающей вибрацией в теле, тревожным ожиданием, когда уже мозг отреагирует на очередное содрогание земли и даст телу сигнал, чтоб успокоилось, — далеко же! Мозг всегда опаздывает, а тело тоже странное, никак не привыкнет за три года, каждый раз паника. Бум-м-м… Улеты? Прилеты? Раньше это обговаривалось всем подъездом с утра до ночи, теперь устали. Разговоры в основном о ценах и зарплатах — кому выплатили, с кем до сих пор не рассчитались, сын подрабатывал в магазине три месяца и ничего не получил, обманули, а шахту его закрыли и денег заработанных раньше конца лета сказали не ждать. Бум-м-м...

Связь снова легла, и уже несколько часов телефон молчит. Муж тоже молчит. Молчит и болеет. Врач говорит: российские лекарства покупать не надо: сюда привозят фальсификаты. А других нет. Раньше возила племянница из Киева, но сейчас она редко выбирается домой — пошла здесь с дочкой в магазин, прицепились пьяные или обкуренные в форме — непонятно, ребенок теперь заикается. Иногда передавала с подругой, но ту недавно задержали на блокпосту, муж приехал искать и тоже пропал. Бум-м-м... Ближе или кажется?

Сделала телевизор погромче, чтоб совсем уже не слышать ничего за окном. "МГБ обращается к гражданам республики с просьбой поменьше выходить из дома и не создавать большого скопления людей в общественных местах в связи с высоким уровнем террористической опасности. Если кто-то из жителей видел подозрительных личностей — просьба сообщать об этом". Она и так почти не выходит, боится открытых пространств после того, как попала под обстрел на улице, а соседа убило на остановке. 

Ну, не то что боится, просто ноги сразу ватные, в ушах начинает шуметь и воздуха не хватает. В магазин, аптеку — и назад. Бум-м-м... Надо бы постирать, но вода с какими-то странными хлопьями, то ли известь, то ли хлор. По телевизору сказали, что, может быть, диверсия, но запаха хлора вроде нет. Переключила на ток-шоу, пусть говорят, лучше бы про артистов, в новостях одни ужасы, а до нас все равно никому дела нет. Бум-м-м...

Сердце чуть не выпрыгнуло — телефон! Дали связь, слава богу! Сын? Племянница? Соседка?

— Здравствуйте! Мы проводим исследование, будьте добры ответить на вопрос, что вы думаете о вступлении Украины в НАТО?

Как ответить на вопрос и остаться в живых

Социология — это забота. О народонаселении — чтобы знало, сколько его, какое оно, что любит кушать и с чем засыпает. О народном хозяйстве — чтобы ему подсказать, что и в каких количествах нужно производить и по какой цене продавать. И о политиках, конечно, — чтобы те понимали, как и о чем с народонаселением говорить, чтобы сделать его своим электоратом. От социологии очень много пользы, если, конечно, нет откровенного вреда.

Все мы немножко в заложниках у заботливых социологов. Потому что не всегда разбираемся в методиках проводимых исследований, и еще меньше — в целях, задачах, профессионализме и ценностях самих социологов. Казалось бы — почему это важно? Ведь социология — это измерения, математика. Причем тут ценности? Но в нашей стране возможно все, и даже цифры очень легко дрессируются, если предварительно выдрессирован дрессировщик. Доказано бессменным руководителем социологического агентства Research&Branding Евгением Копатько, который долгие годы по заказу Партии регионов рисовал приоритетную для всех жителей Украины важность языкового вопроса — много, очень много процентов (на самом деле 1, сказали нам потом, в 2015 году, канадские исследователи). А месяца три назад стал гражданином РФ.

А еще мы в заложниках у СМИ, которые расшифровывают нам социологические замеры. Получается, что на выходе мы имеем интерпретацию журналистами интерпретаций социологов. На таком шатком основании, как их профессионализм, и балансирует конструкция "зрадо-перемоги", в которой нам всем приходится жить.

Для наглядности — два примера подачи свежайших опросов, результаты которых были опубликованы в июне-июле 2017 года. Пресс-сообщение Международного республиканского института (МРИ) и его регионального директора Стивена Никса об опросе на подконтрольной Украине территории оставляет мало места для творчества СМИ: "Около 80% украинцев по всей стране и 73% жителей Донбасса считают, что оккупированные регионы востока должны оставаться под контролем Украины". Настойчивый журналист, наверное, сравнил бы эти данные с результатами, например, Центра социальных исследований "София" образца июня 2015: "Более 60% украинцев готовы отказаться от оккупированных территорий в Донбассе". Но заголовки в СМИ без интерпретации интерпретаций — уже хорошо. Перемога.

А вот пресс-служба Института массовой информации, по заказу которого проводило свой опрос агентство GFK, озаглавливает свое сообщение так: "Каждый пятый житель юга и востока неоккупированной Украины поддерживает автономию оккупированного Донбасса". "WTF? — спрашивает себя читатель. — О чем это? Разве может оккупированное быть чьей-то автономией?" Речь, вероятно, идет о будущем после освобождения. А еще дальше по тексту есть смешные 2% за присоединение к России. Но это уже неважно, уже пошли заголовки в РБК и не только, и комментарии в Фейсбуке полились рекой, и волны зрады уже понесли читателя в открытое море домыслов и стигматизации — ну не дебилы, сами не понимают, чего они там хотят?! 

"Голосу" оккупированного Донбасса особенно не повезло. Им манипулируют и российские, и украинские, и западные социологи и журналисты. 

На совести социологов оставим релевантность опросов по телефону на территории, функционирующей исключительно за счет насилия, а на каждом предприятии уже по две службы безопасности — внутренняя и от "кураторов". Если мы отказываем этой территории в политической субъектности, то по какой логике оставляем за оккупированными людьми субъектность информационную? Может быть, у них есть свои общественные СМИ, независимое телевидение, доступ к свободному микрофону? Конечно, нет, все информационное пространство напрямую финансируется и моделируется РФ. За блогерами, пишущими под псевдонимами в украинских изданиях или просто в соцсетях, идет постоянная охота, неосторожные быстро оказываются на подвале, месяц назад был очередной громкий арест. 

"Согласно социологическому исследованию, проведенному компанией GFK, информационная картина в оккупированном Донбассе выглядит далеко не в пользу Украины", — недовольно сообщают нам СМИ. 

Если что-то подается как обвинение и воспринимается как обвинение, большая вероятность (социологи уточнят — какая), что это обвинение и есть. "Ну и как мы будем жить с теми людьми?", — разводит руками читатель.

"33% населения оккупированных районов хотят в Россию" — ворчат СМИ со ссылкой на данные немецкого Центра восточноевропейских и международных исследований (Zentrum für Osteuropa und internationale Studien, ZOiS). "Жители разделенного Донбасса не хотят в ЕС", — разносит "УП" интерпретацию Deutsche Welle. "Регион ни в коем случае не должен оказаться под контролем одной стороны конфликта. Это никак не соответствует ожиданиям местного населения", — неожиданно цитирует издание "Новости Донбасса" интервью главы ZOiS российскому журналу "Огонёк" (!). "Опрос показал, что почти равное число людей желают получить автономию в составе Украины или РФ", — интерпретирует украинское издание российский источник, забыв уточнить о перевесе именно проукраинских настроений.

А ведь если убрать весь белый шум, созданный чересчур политически активной руководительницей немецкого социологического агентства, остаются сухие цифры: на оккупированном Донбассе 56% людей так или иначе ждут возвращения Украины.

Сколько стоят 56%?

56% — много это или мало для населения, наполовину состоящего из пенсионеров, которых четвертый год без устали отравляет имперским величием лживое российское телевидение? 

Нам не с чем сравнивать, у нас еще не было сопоставимого исторического опыта проживания оккупации столь долгий период и в столь токсичной среде. Ближе всего — советская оккупация западных областей Украины, но тогда не было телевизора и вот этого вечного "бум-м-м"…

На самом деле мы, скорее всего, можем говорить лишь о динамике, а не об абсолютных цифрах. И сегодняшнее положение дел в Славянске, Краматорске или Бахмуте дает нам некоторые основания спрогнозировать на освобожденных территориях и перспективу роста патриотических процентов, и появление гражданского общества, и сливание пророссийских настроений в маргинальную погрешность, и полноценную дискуссию о НАТО. Но нужны будут время, силы, люди — не "те" и не "эти", а просто люди, готовые работать.

И еще нам обязательно нужно будет забыть о данных "соцопросов" по телефону и о заголовках в СМИ, чего хотят или не хотят жители оккупированного Донбасса. Забыть отрежиссированные РФ сюжеты "с иконой на танки!", задав себе один вопрос: кто координировал журналистов, приглашая их на место готовящихся перфомансов, — икононосицы или танкисты? Забыть об увиденных "интервью" прохожих на улицах оккупированного Донецка, задав себе сразу несколько вопросов: кем представляются держатели микрофонов, под какой легендой они прошли обязательную аккредитацию в оккупационном "министерстве" и профессионально ли "подбирать" аудиторию после рыскающих по всему городу "республиканских" пропагандистов?

Можно называть это стандартами Би-Би-Си, освещением точки зрения "той стороны" и вообще свободой слова, но задавать людям в оккупации вопрос "Как вы относитесь к законопроекту о реинтеграции оккупированных территорий?" (опрос "Радио Свобода" 21 июня) — это как в хосписе интересоваться, каким должно быть устройство рая. И вопрос даже не в этике, а снова — в субъектности.

Эти люди не знают, какая сейчас Украина. Они в глаза не видели законопроекта (его и в Украине-то никто не видел). Они не понимают, о чем их спрашивают, а если понимают, то никогда не скажут об этом на камеру посреди улицы в центре оккупированного города. Они не знают, кому отвечают. Они не верят в рандомную выборку телефонных номеров. Они уже никому не верят. И они уж точно ничего не решают. 

Ну, а последний вопрос можно задать непосредственно журналистам и социологам-"по телефону". Вопрос об ответственности за человеческие жизни. Стандарты Би-Би-Си позволяют рисковать заложниками? Действительно ли ради заголовка стоит вообще задавать вопросы, зная о цене, которую респонденты могут заплатить за свои ответы? Или в расчете на осторожность собеседников спрашивающие заранее уверены, что услышат исключительно ответы, диктуемые ландшафтом? А вдруг нет?

"Как мы будем жить с теми людьми?". Плохо — если будем продолжать над ними глумиться, выдавая за "голос Донбасса" дедушку, пересказывающего Киселева.

Украинский Донбасс говорит с нами из оккупации голосами патриотов, которые шифруются. "Русский" Донбасс раскладывать по голосам нет никакого смысла — достаточно послушать Оплот-ТВ. Оккупированные люди, помещенные в сломанный пространственно-временной континуум (то ли 1937-й, то ли 1981-й), наверное, и правда интересный объект для исследований и репортажей. Но чисто по-человечески не мешало бы оставить их в покое хотя бы до освобождения. И для начала подарить им тишину. Дать лекарства, восстановить мир, осудить преступников. А потом позвать в информационное поле и засыпать вопросами. По крайней мере, это будет репрезентативно и безопасно. 

"Как мы будем жить с теми людьми?". Хорошо — если поймем, что "те" люди вообще-то живут в том числе и рядом с нами в Киеве, зарабатывая на продвижении российской пропаганды под видом "стандартов Би-Би-Си". Они намного опаснее и многочисленнее тех, кто 9 мая под покровом ночи на пьяном кураже зарисовывает украинские граффити в освобожденном три года назад Славянске. 

И намного ничтожнее тех, кто четвертый год подряд рисует такие граффити в Луганске или Горловке.

 

atnt Размещение материалов slavgorod.com.ua на других интернет-ресурсах и СМИ разрешается при условии, что непосредственно в тексте материала не ниже второго абзаца присутствует гиперссылка и текст названия на первоисточник. В случае нарушений, редакция современного сайта городов Славянск и Святогорск оставляет за собой право отстаивать свои права и интересы путем подачи заявлений в правоохранительные и судебные органы, а также в виде соответветствующих публикаций на сайте.

Loading...
Комментарии (8)
Укажите свое имя или войдите через аккаунт в соцсети
Введите цифры указанные на картинке

Уважаемые пользователи, комментарии, не относящиеся к теме материала, а также комментарии, содержащие оскорбительные и нецензурные выражения будут удалены!

Loading...
img

ПОСЛЕДНИЙКОММЕНТАРИЙ

auth Славянец 18 июля 2017 г.   8:58
Очень характерная для украинских изданий статья. Смесь откровенной лжи, явного бреда и неумелой пропаганды.
img

ОПРОС МНЕНИЯ

Новогодние праздники в Славянске. Как их необходимо отметить в городе?
55 чел. Весело. С ежедневными народными гуляниями и концертами на площади
47 чел. Не время сейчас шиковать. Не стоит тратиться на организацию новогодних торжеств
26 чел. Пусть будет один, но крутой концерт со звездами украинской эстрады
24 чел. Чтобы мэр и все депутаты отметили Новый год с людьми под городской елкой
Всего проголосовали
152 чел.
author
Олег ЗОНТОВ
экс-мэр Славянска, общественный деятель
По моему глубокому убеждению, Славянск, и я тогда настаивал перед Кабмином, должен был стать брендом восстановления. Он должен был стать площадкой, где апробируются методики восстановления освобожденных городов. Чтобы он был привлекательным для тех, кто выехал с оккупированных территорий. Но, к сожалению, это не произошло.
61%
Проголосовало: 59 человек(a)
top5 ТОП-5
НОВОСТЕЙ
за 3 дня corn
за 10 дней corn
за 30 дней corn